Главная arrow Статьи arrow И поныне нерешённая проблема
И поныне нерешённая проблема
19 октября 2010 года в рамках совместного проекта факультета мировой экономики и мировой политики Государственного университета – Высшей школы экономики и Совета по внешней и оборонной политике состоялось заседание «круглого стола» на тему «Комплектование Вооруженных Сил нового облика». «ВПК» опубликует в этом и последующих номерах выступления участников прошедшей дискуссии.

Многолетний и нескончаемый спор

Вопрос, который вынесен на обсуждение, многим покажется не очень важным, а в каком-то отношении даже набившим оскомину. Другим же эта проблема представляется самой существенной в военной сфере. {{direct}}

Действительно, тема комплектования Вооруженных Сил обсуждается и общественностью, и экспертным сообществом нашей страны уже почти четверть столетия – со времен горбачевской перестройки и гласности. Совершенно очевидно, что все аспекты преобразования армии и флота России волнуют граждан Российской Федерации гораздо в меньшей степени, чем призыв на действительную военную службу и замена его вербовкой контрактников.

Объяснение этому, на мой взгляд, совершенно очевидное и простое. Большинство людей, когда у них что-то заболело, первым делом бросаются в аптеку за болеутоляющим средством, и только потом немногие, серьезно заботящиеся о собственном здоровье, начинают задумываться о причинах и источниках именно заболевания, а не его болевой симптоматики.

Таким «болевым» побудительным толчком к отказу вооруженных сил Соединенных Штатов Америки от призыва в конце 60-х – начале 70-х годов прошлого века стали общественные протесты против войны во Вьетнаме и более 50 тысяч гробов, в которых американские военнослужащие, преимущественно молодые ребята, вернулись в свои семьи. Добровольческие вооруженные силы стали инструментом снятия социального напряжения, но отнюдь не панацеей и не самым оптимальным решением, как считают сами военные в США.

В СССР проблему призыва стали обсуждать после нашего собственного Вьетнама – войны в Афганистане. Насилие в казармах, которое официально именуется «неуставными отношениями», а в общественном сознании зачастую неправильно трактуется как так называемая дедовщина, резко возросло в последние, кризисные годы Советского Союза и сохранялось на протяжении всего постсоветского существования России. Нежелание родителей отпускать сыновей на срочную службу было усугублено войной в Чечне. И так же, как президент Никсон за четверть века до этого, Борис Ельцин в середине 90-х годов после первой чеченской кампании и накануне президентских выборов подписал указ о завершении перехода к комплектованию Вооруженных Сил по контракту к 2000 году. Но только в отличие от Америки в нашем случае это был чисто популистский шаг и, естественно, требования указа остались невыполненными.

Коротко напомню еще некоторые факты из истории вопроса.

Проблемы комплектования Вооруженных Сил активно обсуждались на серьезном экспертном уровне с привлечением зарубежного опыта уже в конце 80-х – начале 90-х годов. Так, еженедельник «Московские новости», один из главных инструментов политики гласности, опубликовал к 71-й годовщине Октябрьской революции 6 ноября 1988 года статью под заголовком «Какая армия нам нужна?». Ее автор – подполковник Александр Савинкин, преподаватель философии Военно-политической академии и выпускник Рязанского военного училища ВДВ. Он писал: «Центральным звеном военной реформы мне представляется переход к кадрово-милиционной армии, то есть к относительно небольшой, высоко технически оснащенной, профессионально подготовленной и комплектуемой преимущественно добровольно кадровой военной организации, опирающейся на широкую сеть территориально-милиционных формирований. Эта система, полагаю, позволит без ущерба для безопасности сократить постоянные военные компоненты, обеспечит более совершенную взаимосвязь армии с народом. В результате, на мой взгляд, будет создана демократическая, интегрированная в общество военная структура, что позволит решить многие проблемы, в том числе обеспечить безопасность и внутреннюю стабильность страны, общественный порядок за счет самих же граждан-милиционеров. Кадрово-милиционная армия соединяет в себе идеал демократической оборонительной военной системы и реальные возможности по преобразованию вооруженных сил на принципах достаточности и оборонительной военной стратегии. В ходе разоружения она будет способна трансформироваться в милиционную армию, для которой характерны максимальное приближение к производительному труду, отсутствие постоянной военной организации, короткая неказарменная воинская служба, высокий патриотический дух».

Надо сказать, что статья и идеи Савинкина вызвали довольно жесткую реакцию со стороны советского Министерства обороны (в отличие от которого нынешнее, российское министерство довольно чутко прислушивается к экспертному сообществу). Министр Дмитрий Язов повелел объяснить ее автору, что в военном ведомстве знают, какая армия нужна СССР, а для тех, кто этого не понимает и задает вопросы, ближе Иркутска земли нет.

В официальном порядке Язов заявил после Первого съезда народных депутатов СССР: «Убежден, что призывы к немедленному отказу от всеобщей воинской обязанности, как и предложения перейти на милиционную систему или растащить армию по национальным квартирам, не учитывают сегодняшние реальные возможности страны, не отвечают потребностям ее обороны. Первый съезд народных депутатов СССР однозначно высказался за то, чтобы наши Вооруженные Силы развивались в соответствии с действующими принципами их формирования. Думаю, это мудрое, государственное решение» («Правительственный вестник», № 6, февраль 1990 года).

Некоторые из тех, кто давал тогда идеологический отпор дерзкому подполковнику, продолжают активно трудиться и сегодня, например известный военный социолог генерал-лейтенант в отставке Владимир Серебрянников. Тогда, в 1989 году, ссылаясь на то, что еще Фридрих Энгельс подчеркивал превосходство регулярной армии над милиционной, он писал в «Красной звезде» (12 февраля 1989 года): «Если милиция изжила себя в то давнее время, можно ли делать на нее ставку теперь... когда существенно изменились формы и способы ведения боевых действий? Переход на милиционную систему означал бы немедленную утрату военно-стратегического паритета. Мы резко ослабили бы себя, поставили в заведомо невыгодное положение, дали соблазн любителям военных авантюр. Ведь милиционным формированиям совершенно не под силу овладение и эффективное применение сложнейших современных видов оружия... Что даст, например, перевод на милиционную организацию современной мотострелковой дивизии? Да то лишь, что она практически перестанет существовать как боевая сила».

В вышедшем в 1990 году перестроечном сборнике «Армия и общество», в котором со статьями и интервью выступили многие из присутствующих в этом зале, один из сегодняшних докладчиков, подробно рассмотрев зарубежный опыт формирования вооруженных сил, в заключение своей главы писал: «Автор сознательно воздерживается от выдачи конкретных рекомендаций по использованию в нашей предстоящей военной реформе зарубежного опыта комплектования вооруженных сил. Ведь применение каждого из рассмотренных выше способов и принципов комплектования определялось в каждой стране сложившимися конкретными условиями развития государственных, политических и общественных структур, а также уровнями и формами возможных угроз национальной безопасности. Поэтому, на мой взгляд, принятие окончательного решения в пользу той или иной модели комплектования Вооруженных Сил СССР следует отложить до разработки четкого перспективного прогноза развития Советского Союза, прежде всего характера его государственного и общественного устройства» (В. Шлыков. «Принципы формирования армии: мировой опыт». Армия и общество. Сост. и общ. ред. Чалдымова Н. А. и Черкасенко А. И. М., «Прогресс», 1990).

Таким образом, предлагалось возвратиться к решению проблем комплектования позднее, поскольку, как представлялось военным экспертам, это был не главный вопрос преобразования Вооруженных Сил и обороны страны.

Завершу свой краткий исторический экскурс цитатой из доклада Совета по внешней и оборонной политике «Военное строительство и модернизация Вооруженных Сил России», опубликованного весной 2004 года и впоследствии ставшего по сути планом того, что сегодня получило в обиходе название «реформа Сердюкова»: «Возьмем, к примеру, такой вопрос, как комплектование армии – на призывной или на контрактной основе, который уже второе десятилетие раскалывает российское общество. На наш взгляд, непримиримость сторон в этом споре объясняется недостаточным знанием мирового опыта, который показывает, что способ комплектования – далеко не решающий фактор эффективности вооруженных сил.

Укомплектованная сплошь добровольцами армия США, например, разительным образом отличается от израильской армии, построенной по милиционному принципу, заимствованному Израилем у Швейцарии. Совсем по-иному комплектуется кадрово-призывная армия Турции. И тем не менее армии этих стран не раз доказывали свою эффективность в боевых условия и ни одна из них не собирается менять национальную систему комплектования».

В этом же докладе было подробно рассказано о зарубежном опыте использования независимых президентских (правительственных) комиссий на переломных этапах военного строительства, в частности о работе президентской комиссии Т. Гейтса по добровольческим вооруженным силам США (1969–1970 годы) и переходе армии Соединенных Штатов на комплектование по контракту.

И последнее. Зачем приведены все эти обширные цитаты? Потому, во-первых, что рассматриваемый нами сегодня вопрос на самом деле не такой малозначащий, как может представляться на первый взгляд. Во-вторых, экспертное мнение на сей счет давным-давно и неоднократно высказано. Осталось только его услышать, осознать и постараться воплотить в жизнь.

 
« Пред.   След. »
Copyright Patrioty.Info (c) 2006-2011