Главная arrow Статьи arrow От пополнения к обновлению
Главное меню
Главная
Галерея
Поля/Услуги
Контакты
Гостевая
Статьи
Амуниция
Новости
Интересное
Партнёры
О войне
Военные действия
Статьи о войне
Полезные ссылки
Армия
Военная история
Оборона и безопасность
Оборонка
Оружие
От пополнения к обновлению
Вторая мировая война коренным образом изменила соотношение сил на всех океанских и морских театрах, в том числе и на Балтийском. Военно-морские флоты Германии и Японии практически перестали существовать. Немногие же уцелевшие корабли этих ВМФ, а также добрая половина кораблей итальянского флота подлежали разделу между державами-победительницами. {{direct}}

После победы

На Балтике к моменту окончания боевых действий доминировал советский Военно-морской флот, в состав которого входили один линкор «Октябрьская революция», два крейсера – «Киров» (водоизмещение 9400 т) и «Максим Горький» (9700 т), 13 лидеров и эсминцев, 75 торпедных катеров, 27 подводных лодок. К сожалению, почти все эти корабли не только морально устарели (проекты 30-х годов, а линкор – 1908-го), но и нуждались в ремонте.

Что же касается дислокации сил флота, то как возвращенные, так и обретенные военно-морские базы – Таллин, Усть-Двинск, Либава (Лиепая), Мемель (Клайпеда) и Пиллау (Балтийск) требовали восстановления. Правда, наш флот на Балтике получил возможность использовать ВМБ на территории соседних государств: Порккала-Удд (Финляндия), Свиноуйсце (Свинемюнде, Польская Народная Республика), Росток (советская зона оккупации Германии) и это значительно улучшило его стратегическое положение. Но зарубежные базы также нуждались в восстановлении и обустройстве.

В Генеральном штабе ВМФ (ГШ ВМФ) настойчиво искали пути, позволяющие усилить мощь Краснознаменного Балтийского флота (КБФ). Такую работу там вели уже с 1944 года. Расчеты строили на основании опыта войны, причем во внимание принимался не только военно-морской флот Швеции (2 крейсера, 7 броненосцев береговой обороны, 5 эсминцев, 28 подводных лодок), учитывалась также возможность появления на Балтике значительных сил флотов США и Англии.

Вот почему ГШ ВМФ подготовил следующее предложение (подписано начальником Оперативного управления вице-адмиралом Н. М. Харламовым): за десять лет, к 1 января 1956 года довести состав КБФ до 3 тяжелых крейсеров, 6 крейсеров, 12 легких крейсеров, 14 морских мониторов, 64 эсминцев, 36 средних и 24 малых подводных лодок, 216 больших и малых торпедных катеров, 457 тральщиков (от эскадренных до катерных) и десятков кораблей других классов.

Таким образом, ударная сила КБФ должна была многократно возрасти. И не в последнюю очередь благодаря большому количеству различных катеров и тральщиков, поскольку минное оружие в условиях мелководной Балтики представляло значительную угрозу. К сожалению, возможности отечественной промышленности тех послевоенных лет оказались явно недостаточны для выполнения столь обширной программы (не забудем и о том, что требовалось строить корабли и для других флотов).

Задача по силам

В 1945 году разработкой планов перспективного развития Военно-морского флота СССР руководил нарком ВМФ адмирал флота Н. Г. Кузнецов, заместителем которого был адмирал Л. М. Галлер. Оба они придерживались более «умеренных» взглядов на объемы кораблестроения, чем Оперативное управление ГШ ВМФ и командования флотов. Кузнецов и Галлер выступали за строительство сбалансированного по классам кораблей флота, включавшего также линкоры и авианосцы. Представленный ими проект десятилетнего плана был рассмотрен на расширенном заседании Политбюро ЦК ВКП(б) сразу после окончания военных действий и вызвал определенные возражения, в том числе и со стороны И. В. Сталина.

“Кузнецов и Галлер выступали за строительство сбалансированного по классам кораблей флота, включавшего также линкоры и авианосцы”

Для доработки проекта была образована комиссия, которую возглавил заместитель председателя Совета народных комиссаров СССР Маршал Советского Союза Л. П. Берия. В комиссию, кроме адмиралов Кузнецова и Галлера, вошли председатель Госплана Н. А. Вознесенский, нарком судостроительной промышленности И. И. Носенко и другие лица. Носенко был одним из самых упорных и квалифицированных противников предложений моряков. 26 ноября 1945 года он снабдил Вознесенского своими предложениями (кстати, в известной степени вполне обоснованными).

Нарком судостроения, сознавая слабость возглавляемой им отрасли и возможную строгую ответственность за невыполнение будущего плана, считал целесообразным ограничить намечаемые объемы, сосредоточить усилия на том, чтобы как можно быстрее восстановить разрушенные старые заводы, а при создании новых предприятий всемерно развивать их специализацию. В плане военного судостроения на 1946 год Носенко предлагал сосредоточить усилия на достройке уже заложенных кораблей, причем корабли с малой степенью готовности (на стапелях) разобрать на металл. Среди последних были строившиеся в Ленинграде линкор «Советский Союз» (готовность – 21 процент), тяжелый крейсер «Кронштадт» (11,7), 4 эсминца (1,2–1,74), 4 сторожевых корабля (0,5–6,5) и 10 подводных лодок (1,2–10,8 процента).

Результатом работы комиссии явился десятилетний план военного судостроения на 1946–1955 годы, который предусматривал постройку четырех тяжелых, 30 легких крейсеров, более 150 эсминцев, свыше 300 подводных лодок, сотен тральщиков и катеров различных типов. Эти корабли и катера почти равномерно распределялись по всем четырем нашим основным морским и океанским театрам. После обсуждения на Политбюро план был утвержден постановлением СНК СССР № 2988-883 от 27 ноября 1945 года.

Отказ от линкоров и авианосцев при сохранении большого общего количества кораблей – существенная особенность нового плана. Начало его выполнения совпало с упразднением Народного комиссариата ВМФ: нарком в марте 1946 года стал главнокомандующим ВМС с подчинением его министру Вооруженных Сил. Понижение общего статуса флота отчасти определило перевес Минсудпрома (Носенко остался руководителем ведомства) в вопросах определения типов новых кораблей. Так, для строительства новых крейсеров и эсминцев были использованы довоенные разработки – проект 68 и проект 30, для которых имелись готовые образцы артиллерийского и торпедного вооружения.

Был один, стало два

В том же феврале 1946 года решением И. В. Сталина, который был, очевидно, под впечатлением превратно понятого доклада о наличии номерных флотов в ВМС США, КБФ был разделен на два флота – Северо-Балтийский и Юго-Балтийский. Первый из них (потом 8-й) получил главную базу в Таллине, второй (4-й) – в Пиллау (Балтийск).

Напрасно адмирал Кузнецов 3 января 1946 года письменно доложил генералиссимусу соображения о сохранении единого КБФ, «чтобы не разбрасывать по частям» ограниченные силы – одну крейсерскую эскадру. Он только вызвал недовольство Сталина, который в конце концов в начале 1947 года снял строптивого главкома с должности и отправил в Ленинград руководить Управлением военно-морских учебных заведений.

Более «сознательные» адмиралы И. С. Исаков и Г. И. Левченко вместе с членом Политбюро А. А. Ждановым 5 февраля 1946 года представили в СНК проект распределения кораблей по флотам. В составе Юго-Балтийского флота предполагалось иметь 2 крейсера, 2 лидера, 10 эсминцев и 17 подводных лодок, в Северо-Балтийском – линкор, крейсер, 4 эсминца, 5 миноносцев и 12 подводных лодок.

Пополнение обоих флотов отставало от намеченных сроков: на достройку кораблей старых проектов потребовалось более пяти лет. В 1946–1950 годах балтийские флоты получили в Ленинграде крейсера проекта 68К «Чапаев», «Чкалов» и «Железняков», четыре эсминца проекта 30К, три сторожевых корабля проекта 29К, подводные лодки, тральщики и различные катера предвоенных и военных проектов.

За это время Кузнецова под надуманным предлогом успели разжаловать до контр-адмирала и назначить на второстепенную должность на Дальнем Востоке. На посту главкома, а потом и министра ВМС оказался адмирал И. С. Юмашев. Проблемы с боеготовностью флотов на Балтике были частично решены пополнением их кораблями бывшего противника.

Плюс трофеи

В конце 1945 – начале 1946 года в состав КБФ были включены полученные по разделу между союзниками бывшие корабли кригсмарине: легкий крейсер «Нюрнберг» (у нас – «Адмирал Макаров»), 10 эскадренных миноносцев, 10 подводных лодок (приказ НК ВМФ № 049 от 13.2.46), всего уже к 22 февраля 1946 года от Германии было принято 440 кораблей, катеров и вспомогательных судов.

Более трехсот единиц, в основном вспомогательных судов еще подлежали передаче. Почти все корабли и суда, полученные по репарациям, находились в плохом техническом состоянии и нуждались в капитальном или среднем ремонте.

Из боевых кораблей наибольшую ценность для КБФ представляли эсминцы «Проворный» (Z 33, вступил в 1943 году, водоизмещение 3597 т, пять 150-мм орудий), отчасти «Прочный» (Z 20, Carl Galster, 3415 т), «Пылкий» (Z 15, Erich Steinbrinck, 3165 т), «Прыткий» (Z 14, Fridrich Inn, 3165 т), «Примерный» (T 33, вступил в 1944 году, 1754 т, четыре 105-мм орудия), «Подвижный» (1940 год, 1082 т), «Порывистый» (T 17, 1098 т), подводные лодки нового типа (XXI серия) H-27, H-28, H-29 и H-30 (1945 год, 1621/1819 т, подводная скорость 16 узлов), тральщики типа М-40 (30 единиц, 775 т) и быстроходные десантные баржи.

Эти корабли, а также морально устаревшие крейсер, подводные лодки и многие другие, тем не менее после ремонта прослужили в составе флота до середины 50-х годов. Они позволили обеспечить определенный уровень соотношения сил на театре и боеготовность, а также решение важнейшей тогда задачи боевого траления. Считалось, что боевое траление закончилось к 1957 году. Его обеспечили пять бригад тральщиков. Постепенно тральные силы начали сокращать, хотя минная опасность, очевидно, сохранялась до конца 60-х годов.

Следует также отметить, что боеготовность флотов снижалась длительными сроками ремонта, который во многих случаях, особенно с трофейными кораблями, оборачивался напрасной потерей средств и времени. Годами ремонтировались и корабли отечественной постройки. Так, по данным, опубликованным М. В. Котовым, капитальный ремонт лидера «Ленинград» продолжался восемь лет, капитальный ремонт крейсеров типа «Киров» в среднем составил пять лет, средний ремонт крейсеров и эсминцев занимал около двух лет, текущий – около одного года. В апреле 1950-го из двух крейсеров и 12 эсминцев 4-го ВМФ были боеспособны только два эсминца, остальные находились в ремонте.

Проблема обеспечения технической готовности была временно снята в начале 50-х годов в связи с массовым вступлением в строй многих кораблей десятилетнего плана. В 1949–1954 годах на заводах Ленинграда были построены крейсера «Свердлов», «Жданов», «Адмирал Ушаков», «Александр Суворов», «Адмирал Сенявин», «Дмитрий Пожарский», «Орджоникидзе», «Александр Невский». «Адмирал Лазарев» (проект 68-бис, 16 400 т, 12 орудий калибра 152 мм), 16 эсминцев типа «Смелый» (проект 30-бис). Четыре крейсера предназначались для Балтики. Также в строй вступили десятки новых сторожевых кораблей проекта 50, средних и малых подводных лодок проекта 613 и А615, торпедных катеров.

Авиация была перевооружена на реактивные самолеты – истребители Миг-15 и Миг-17, бомбардировщики Ил-28 и Ту-16. К 1956 году в обоих флотах на Балтике имелись две истребительные, две минно-торпедные, одна штурмовая авиадивизии, разведывательный авиаполк, три отдельные авиаэскадрильи.

Изменения в составе нашего флота на Балтике в 1945–1955 годах показаны в таблице.

Таблица.

Классы кораблей КБФ 01.05.1945 г.4-й ВМФ 01.01.1956 г.8-й ВМФ 01.01.1956 г.Линкоры1--Крейсера242Лидеры и эсминцы13712Подводные лодки281612Торпедные катера754852

К этому времени (1956) десятилетний план еще не удалось полностью выполнить, но кораблестроение набрало высокие темпы. Адмирал Н. Г. Кузнецов, который в июле 1951 года вновь вернулся к руководству флотом (военно-морской министр, с марта 1953-го – главком ВМФ), прекрасно осознавал необходимость пересмотра плана, но не нашел своевременной поддержки. Предложения Николая Герасимовича были отчасти реализованы в 1956 году после решений о свертывании программы, сокращении флота. Тогда была сделана ставка на новые типы подводных лодок, ракетные корабли и катера, на морскую ракетоносную авиацию.

Надуманная угроза

Успехи советского кораблестроения в послевоенные годы привлекли к себе большое внимание западных политиков, военных деятелей и экспертов. Это было вызвано как стремлением дать объективную оценку изменению соотношения сил на море, так и намерениями обосновать необходимость увеличения расходов на строительство своих флотов.

Известный французский военно-морской теоретик вице-адмирал П. Баржо в своей книге, изданной в 1955 году, привел следующие высказывания апологетов холодной войны: «Еще 16 марта 1953 года, выступая в палате общин, первый лорд английского адмиралтейства Томас без колебания заявил… что СССР стал второй (морской. – В. Г.) державой мира (после США, то есть обогнал Великобританию). К 350 (советским. – В. Г.) подводным лодкам надо добавить 100–150 эскадренных миноносцев, мощную морскую авиацию, имеющую на вооружении двухмоторные реактивные самолеты, и, наконец, новые тяжелые крейсера типа «Свердлов»… Советский флот в состоянии сковать британский флот путем мощного наступления на морских путях сообщений как в прибрежных водах, так и в открытом море».

11 декабря того же года начальник морских операций ВМС США заявил: «В будущем Военно-морской флот СССР сможет представлять большую опасность, чем его авиация и сухопутные силы. В один прекрасный день советский флот может выйти из своих закрытых проливами морей и поставить под угрозу все мировые морские пути сообщений».

В реальности же угроза со стороны СССР была весьма условной. КБФ (в 1956 году 4 и 8-й ВМФ вновь объединили в один флот) имел возможность выйти в океан только через Балтийские проливы, которые могли быть блокированы объединенными силами флотов блока НАТО (США и Англии), в котором состояла также и Дания (имела незначительные ВМС).

Создание Североатлантического альянса (1949 год), естественно, оказало большое влияние на обстановку на Балтике. Американский и английский флоты, которые во время Второй мировой войны и вскоре после нее пополнились десятками кораблей новых типов – авианосцев, линкоров, крейсеров, эсминцев и подводных лодок, действительно превосходили наши морские силы на Балтике по количеству и качеству кораблей.

В свою очередь нашим флотам на Балтике ставились задачи по блокаде Проливной зоны, разгрому (уничтожению) ВМС противника на Балтийском морском театре, нарушению морских коммуникаций и содействию сухопутным войскам на приморских направлениях. При этом начиная с 1946 года 8-му флоту предстояло оперативно взаимодействовать с Ленинградским и Прибалтийским военными округами, а 4-му флоту – с Прибалтийским военным округом, Северной группой войск (в Польше) и Группой советских войск в Германии.

Очевидные перемены в отношениях между недавними союзниками наступили еще в 1946 году, вскоре после того, как английский авианосец и эсминец посетили с визитом Кронштадт.

Швеция при этом сохраняла нейтралитет, но проводила в целом антисоветскую политику, вполне использовав преимущества неучастия во Второй мировой войне. Так, в 1945–1958 годах она пополнила свой флот двумя новыми легкими крейсерами, восемью эсминцами и шестью средними подводными лодками.

Финляндия, ВМС которой по договору 1947 года был ограничен тоннажем 10 тысяч тонн и численностью личного состава в 4,5 тысячи человек, ориентировалась на укрепление береговой обороны, а внешнюю политику строила на основе добрососедских отношений с СССР.

Таким образом, КБФ сохранял преобладающее положение на Балтике, но вынужден был считаться с угрозой со стороны флотов стран блока НАТО, в который вскоре вступила и ФРГ. Ответом на усиление угрозы стало создание коалиции стран Варшавского договора, что в дальнейшем предопределило изменение соотношения сил на этом театре военных действий.

Здесь следует отметить большое значение Балтийского флота для укрепления международного положения СССР и его влияния на мировую политику. С наступлением эры холодной войны визиты наших кораблей в иностранные порты и взаимные визиты кораблей других держав прекратились. На Балтике исключением стало посещение Ленинграда в октябре 1951 года эсминцем «Блыскавица» («Молния») дружественной нам тогда Польши.

Перелом произошел со сменой высшего военно-политического руководства СССР в 1953 году. Уже в июне состоялся поход нового крейсера «Свердлов» в Англию для участия в морском параде на Спидхедском рейде, посвященном коронации королевы Елизаветы II. Появление в Портсмуте нового советского крейсера произвело большое впечатление на иностранных моряков и способствовало росту авторитета СССР в вопросах морской политики.

Вскоре последовали визиты крейсера «Орджоникидзе» и двух эсминцев в Финляндию (июль 1954-го), крейсера «Адмирал Ушаков» и четырех новых эсминцев в Швецию (июль 1954-го), крейсеров «Свердлов», «Александр Суворов» и четырех эсминцев в Англию (октябрь 1955-го), крейсера «Орджоникидзе» и двух эсминцев в Англию (апрель 1956-го), крейсера «Свердлов» и двух эсминцев в Голландию (июль 1956-го), крейсера «Орджоникидзе» и двух эсминцев в Данию (август 1956-го) и другие.

Западные державы в свою очередь не замедлили с ответными визитами. В июле 1954 года Ленинград посетил отряд шведских кораблей в составе крейсера Tre Kronor и четырех эсминцев. В октябре следующего года в Кронштадт и Ленинград с визитом пришли англичане – авианосец Triumph в сопровождении четырех эсминцев и минного заградителя. В июле 1956-го Ленинград посетили три корабля голландского военно-морского флота, в августе того же года два датских фрегата и четыре корабля ВМС Норвегии.

Обмен визитами способствовал снижению уровня международной напряженности. Контакты моряков между собой и с населением посещаемых государств стали своеобразными окнами в известном «железном занавесе» и во многом позволили избежать инцидентов в открытом море, которые могли создать угрозу для сохранения мира.

 
« Пред.   След. »
Copyright Patrioty.Info (c) 2006-2011